Человек, который рисует комиксы | Ух-ты! | Гарвин
ГАРВИН - Журнал для творческих людей!
 
04 декабря 2012

Артур Клозе

Человек, который рисует комиксы!

Он немец, но не разговаривал по-немецки до двадцати лет.

Он пытался пробить немецко-польскую «чиновничью машину», чтобы доказать: его работы интересны детям и взрослым! Сейчас перед ним открыты двери всех университетов мира, и он выбирает Россию, чтобы на своем примере показать нашим студентам, как добиваться в жизни всего, чего только хочешь, и как не предавать свою мечту. Специально для встречи с журналом «Гарвин» один из наиболее востребованных консультантов в области преподавания немецкого языка Артур Клозе приехал в Москву, чтобы поделиться опытом и секретами своего успеха.

Ольга Гагаринская

 

 «О том, что в России все ходят в шапках-ушанках, я узнал только здесь»

Вопрос: Как тебе Москва?

Ответ: Она замечательная! Москвичи сами не понимают своего счастья. У вас же есть Красная площадь – это настоящее чудо света! Я столько лет видел ее только на картинках…

В: И как она тебе в реальности?

О: Честно говоря, маленькая. Я думал, Красная площадь намного больше. Во всяком случае,  по телевизору она выглядит огромной.

В: Когда ты впервые приехал в Москву?

О: В прошлом году - по приглашению немецкого культурного центра имени Гёте. Я вообще в Россию тогда впервые попал. Зима была, и на Красной площади был каток, как сейчас. Очень красиво. Потом летом приезжал, был здесь целую неделю, и вот сейчас. Получается, я в Москве в третий раз.

В: Получается, ты рисовал мультфильм к 850-летию Москвы (1997 год), а сам здесь ни разу не был…

О: Это уже прошлое! Я был еще студентом. Помню, пришел к местному чиновнику, говорю: «Я хочу нарисовать мультфильм к юбилею Москвы». Он посмотрел на меня и произнес: «У тебя отсюда есть два выхода: либо ты уходишь сам, либо я вызываю полицию». Я все понял и ушел.

В: Сдался?

О: Ни в коем случае! Решил сначала все нарисовать – уж больно хотелось. Через некоторое время я вернулся к чиновнику уже с рисунками и добился своего. В итоге в проекте участвовало около 50-ти человек со всего мира. Каждый рисовал в мультфильме маленький кусочек, в том числе и я.

В: Помимо столицы, ты побывал в Ярославле, Белгороде, Костроме... Какой город больше всего запомнился?

О: Они все такие разные и такие прекрасные, что я даже затрудняюсь выбрать.

В: А медведи-то ходят по улицам?

О: Иностранцы думают, что да, а еще все  люди в шапках-ушанках (смеется). Я – иностранец, но о том, что русские так думают за нас, узнал только здесь. Честно говоря, мы так не думали и не думаем.

Артур Клозе

В: Что тебя удивляет в России?

О: Почему все надо откладывать на последний день, когда есть достаточное количество времени для выполнения какой-то работы. Я нигде такого не встречал. Можно же спокойно каждый день понемногу делать, а не за последнюю ночь пытаться наверстать упущенное время. Комикс, к примеру, нельзя нарисовать за несколько часов. Придумать - да, но не нарисовать.

А еще мои российские студенты никак не могут понять, что днем я их преподаватель, а вечером – друг. И это вовсе не смешивание мухи с котлетой, это просто живое общение вне стен учебного заведения. Как я понял, в России в институтах и университетах существуют особые группы: преподаватели, студенты… У нас в Германии такого нет, поэтому меня это удивляет…

«Любое прочтение классического произведения сегодня будет современным – мы в другое время живем»

Артур Клозе

В: Ты проводил мастер-классы в Германии, на Украине и, наконец, в России. Чем дети разных стран отличаются?

О: В целом, ничем – подходы только ко всем нужны разные.  В Германии, например,  нет приказов. Преподаватель дает совет, а ученик сам решает: хороший совет или нет, стоит его принимать или, может быть, есть еще какие-то варианты. Я работаю именно так.

В: А в России как?

О: Я заметил, что здесь преподаватели говорят, что и как нужно делать, и ребенок или студент выполняет так называемый приказ без права выбора.  Студенты ждут указаний, ждут, что их возьмут и поведут за руку. У них отбивают всякую инициативу к творчеству и самопроявлению. Получается, им даже не надо думать.

В: Считаешь, это как-то связано с системой образования?

О: Думаю, да, это она и есть. Я тут недавно вот с какой ситуацией столкнулся. Я очень люблю театр как классический, так и современный. В Белгороде меня пригласили на спектакль по пьесе А.П.Чехова «Вишневый сад». А я как раз в прошлом году в Польше видел его, и мне, естественно, захотелось сравнить две постановки. После спектакля я разговорился с одним преподающим художником. Он спросил, понравилось ли мне и в чем отличие. Конечно, мне понравилось, постановка показалась очень современной. А художник стал возмущаться: «Роллинг Стоунз» («The Rolling Stones») смешивать с Чеховым нельзя! Нас так не учили! Надо ставить спектакли, как раньше». Вот я и задумался… Почему нельзя? Если ты говоришь нельзя, то аргументируй свой ответ! А что же тогда можно? А раньше – это когда? Вопросов много. Получается, что «Вишневый сад», кроме как в эпоху Чехова, вообще нельзя было бы ставить, «Антигону» - тем более. Сегодня любое прочтение классического произведения будет современным, потому что мы в принципе в другое время живем. А если так не учили, то почему бы не попробовать что-то новое самостоятельно? Самим научиться, в конце концов.

В: У нас в России учат по классическим канонам. К театру это имеет непосредственное отношение. Про систему Станиславского слышал?

О: Слышал, конечно. Я это понимаю и вместе с тем не могу понять. Неужели интересно топтаться на одном месте и не развиваться, не идти вперед? Получается, что у нас в Германии все можно, а здесь нельзя. А тех, кто в России задумывается о современном искусстве, нужно приглашать в Германию! Более того, в Академии Художеств я сам копировал Рембрандта и Рубенса. Я это делал как все – без азов не научишься. Но я же не остановился на этом копировании, я выбрал для себя что-то новое, свое.

В: А как тогда быть с традициями и поддержанием классических форм?

О: Безусловно, это тоже нужно. Просто я – фанат современного искусства.

В: Кстати, как к нему в Европе относятся?

О: На примере покажу. Я знаком с одним художником. Каждые пять лет он проводит выставку мирового современного искусства. Бюджет его мероприятия – 24 миллиона евро. Если бы людям было неинтересно или им не нравилось, я думаю, бюджет бы не был таким. И я хочу сказать, что современное искусство – это не так плохо, как многие думают.

В: Для кого рисуют современные художники?

О: Ну уж точно не для себя, хотя они часто так говорят. Покажите мне человека, который для себя творит! Все хотят, чтобы на их полотна смотрели, да еще и деньги за это платили. Если бы они просто рисовали для себя, то, скорее всего, об их творчестве никто бы не знал. Вот это и было бы для себя. А все остальное – для людей.

В: То есть получается,  что и ты ради денег работаешь?

О: Не только. Деньги – неотъемлемая часть нашей жизни! Но я хочу, чтобы мое искусство работало. Для меня процесс создания книги не самый важный, намного ценнее, что эта самая книга теперь в школах в руках детей. Мне важно, что Министерство иностранных дел Германии поверило маленькому человеку. Иначе они бы не заказали второе издание «Таинственного Касселя» и еще целую серию книг, в том числе по борьбе с алкоголем и наркотиками.

В: Российский интернет называет тебя художником-карикатуристом, художником-комиксистом, арт-медиа-художником. Кем ты сам себя считаешь?

О: Я –Артур Клозе. Человек, который рисует комиксы.

«Я немец, родился в Польше и не говорил по-немецки до 20-ти лет»

В: Каким было твое детство?

О: Наша семья жила в Германии, в Верхней Силезии. Но во время Великой Отечественной войны 1941-1945 годов границы Польши и Германии были перенесены. В итоге  в состав Польши вошли Померания с г. Штеттин (совр. Щецин) и Силезия с г. Бреслау (совр. Вроцлав). Так мы стали поляками. Я хоть и немец, но родился в Польше и не говорил по-немецки до 20-ти лет. Ты только представь, где я жил и как мы жили. Нам нельзя даже было сказать, что мы – немцы! Моя деревня насчитывала всего 1600 человек. У нас был храм, костел и моя школа. Но надо отдать должное - какие живописные там места! Я об этом знаю, а многие дети нет. И я хочу рассказать взрослым и детям, где они живут. И теперь, благодаря моей книге «Таинственный Кассель», дети учат немецкий язык в школе и изучают историю края.

В: Что при этом испытываешь?

О: Гордость! Мне очень приятно. Я старался сделать книгу такой, по какой сам бы учился. Я же по комиксам выучил немецкий язык, причем уже в сознательном возрасте. Сам нашел такую дорогу. У меня это получилось очень быстро: мало текста, все понятно и наглядно.

Артур Клозе

В: Какими должны быть обучающие комиксы?

О: Абсолютно любыми! Я не хочу сказать, что есть плохие комиксы или хорошие. Человек, который интересуется комиксами, может найти свои – подходящие только ему. Я же нашел те, которые обучили меня.

В: Какие именно?

О: У меня в детстве в Польше не было литературы. Да вообще ничего не было. Я где-то услышал про очень большой комикс американской газеты «Мир» («The World») 1890-х годов – «Желтый малыш» («Yellow Kid») Ричарда Фелтона Оуткольта (Richard Felton Outcault). Нашел много интересного: например, комикс помогал учиться читать малообразованным людям, а их было более 3 миллионов человек. В начале XIX века еще не все были образованными, а в комиксе  много картинок и мало текста – как раз то, что было необходимо. Они учились читать по комиксам так же, как я через много лет. Позднее мое увлечение комиксами переросло в дело всей жизни.

В: Но ведь одно время комиксы в Германии были запрещены…

О: Действительно, но это было много лет назад. Чиновники, учителя и библиотекари считали комиксы мусором и делали все, чтобы они не попали детям в руки. Мне даже удалось найти документ, где написано, что в нашем городе «нельзя брать в библиотеке только один комикс, надо обязательно взять к нему еще какую-то полезную книгу». Учителя говорили ребятам: «Кто принесет комикс в администрацию, в обмен на него получит две хорошие книги». Удивительно, что эти самые учителя даже не догадывались, что самый великий поэт Германии Иоганн Вольфганг Гете сделал многое для появления этого жанра.

В: Что например?

О: Гете пришел в восторг от увиденных рисунков школьного учителя из Женевы Рудольфа Тепфера. Он старался популяризировать серии рисунков с текстом (название «комикс» появится намного позже) – постоянно писал рекомендательные письма. А сам художник называл все это «графической литературой» и «романом в картинках». Но ведь благодаря Иоганну Вольфгангу Гете мир теперь знает о комиксах. И я вовсе не думаю, что Гете или кто-либо из его окружения считал комиксы мусором.

В: Теперь все поменялось. Зато сейчас в мире все с ума сходят по комиксам. Почему?

О: Я об этом не задумывался. Мне комиксы нравятся независимо от тенденций. Я по комиксам учился, теперь учатся по моей книжке. Мне нравится то, что я делаю. А модно это… сегодня модно, завтра нет… 

В: Кому вообще стоит ими заниматься?

О: Противопоказаний ни для кого нет!  Комиксы – это одна из возможностей выразить себя через рисунок. Многим это занятие вообще может не нравиться. Я однажды разговаривал с библиотекарем, которая сказала, что лично ей комиксы не нужны. «Как это?» - удивился я. Она же – библиотекарь, а комикс – один из жанров в ее библиотеке, и она просто обязана показать его людям, не зависимо от ее симпатий. Не нравятся ей – понравятся другим. Иначе как другие об этом узнают, если она не покажет.

В: Какое будущее у комиксов?

О: Я же не теоретик, я – практик. Да мне, честно говоря, все равно, что с ними будет. Мне они будут всегда интересны. А то, что комиксы сейчас модны, говорит о том, что именно в наше время они интересны людям.

«Выпускники Академии Художеств в Германии работают в кафе и считают это милостью природы»

В: Расскажи о твоих учителях!

О: В первую очередь, это время. Оно дает опыт. Это самый замечательный учитель. Во-вторых, у меня в Польше в Варшаве был преподаватель Каземирц Бендковки (Kaziemierz Bendkowski), который дал мне очень важный совет: не распыляться, а придумать одну фигуру и отточить на ней свое мастерство. Если ты обратила внимание, все мои персонажи похожи немного друг на друга. Таким образом  я стараюсь довести форму до совершенства. После того как форма будет скопирована много-много раз, можно задумываться и о других фигурах. А в-третьих, мои учителя – это мои ученики. Они учатся у меня, я  - у них.

Артур Клозе

В: Чему же это, интересно?

О: Наверное, своему преподавательскому мастерству. Например, я знаю, как делать мультфильм, и я хочу поделиться своими знаниями. Будучи преподавателем, я знаю, как сделать лучше. Для этого мне нужен опыт. Наверное, этому и учусь у своих студентов.

В: Что для тебя образование?

О: Прежде всего, это не только учителя, но и ты сам. Тебе самому должно быть интересно то, чему ты учишься. Надо найти свой стиль рисования, то есть постараться через свои рисунки выразить себя. А если тебе не нравится что-то делать, зачем  вообще начинать?

В: Многие в институты-то случайно попадают, потому что родители так хотят…

О: И очень плохо. Дети не могут сказать, что им не нравится. Они мучаются все пять-шесть лет, а после написания диплома вообще не знают, что делать, чем дальше  заниматься… А потом получается, что выпускники Академии Художеств работают в кафе и считают это милостью природы. Зачем так себя всю жизнь мучить?

В: Странно,  я думала, что только в России у студентов такие проблемы…

О: Нет, у нас в Германии такие истории - сплошь и рядом. А все потому, что надо было в самом начале своего пути просто сказать: «Это мне нравится, а это я делать не буду». И всё!

В: Но у тебя же другая ситуация. Ты хотел учиться, и тебе это нравилось?

О: Безусловно. Я хотел выучиться и быть полезным в своем деле. В первую очередь я стал думать над тем, чтобы мои комиксы были не просто картинками, а имели какой-то смысл.

В: И тогда ты понял, что с помощью комиксов можно что-то изменить?

О: В принципе, да.  Хотя я это понял намного раньше, когда еще учился. Всем своим ученикам я сейчас говорю, что всегда нужно делать то, что ты хочешь, и тогда будут хорошие результаты: ты будешь знать, как применить свои знания на практике и помочь другим. А то приходят ко мне (и такое бывает) из одолжения, потому что заставили, делают некачественную работу, вечно недовольные… Или вот еще: придут на последнее занятие с набросками, в то время, когда у всех уже готовые комиксы на столах. Где гулял четыре недели, погуляй там и пятую. Зачем мне придумывать истории о том, как не успел, как что-то случилось… Времени при этом было у всех одинаково, только все успели, а ты один нет… Мне все это не надо, я уже выучился. Я, наоборот, хочу дать свои знания, но только тем, кто готов их принимать.

В: Много желающих, наверное…

О: Иногда даже приходится от интересных проектов отказываться – не успеваю. Недавно меня пригласили на мастер-класс в Белгородский государственный институт искусств и культуры, студенты сами попросили приехать.

В: И ты согласился?

О: Конечно! Я отложил много дел в Германии и приехал в Россию на четыре недели. Все потому, что студенты сами хотели научиться рисовать мультфильмы и общаться на немецком языке, а не кто-то их там заставил.

В: Неужели все студенты рисовали?

О: Нет, не рисовали вообще, разве что одна девушка была после художественной школы. Но у всех ребят была потребность.

В: Не поздно начинать рисовать?

О: Я считаю, что когда есть желание, можно в любом возрасте начинать что-то делать, и не только рисовать.  Более того, в Белгороде мастер-класс был организован только для студентов старших курсов, но несколько человек с младших потоков захотели присоединиться к нам. Мне приятно, что есть это желание.

В: Много ли вообще завит от преподавателя?

О: Думаю, да. У меня в школе был преподаватель русского языка, но весь процесс обучения он давал через призму истории Советского Союза… Мне это было неинтересно. Возможно, я что-то и помнил из детства, но к 2010 году я пришел к нулевому результату. Я вообще не мог ничего по-русски сказать. А сейчас прошло где-то полтора  года, уже говорю, думаю на этом языке. Все потому, что мне это нравится! Желание есть. И еще в Академии была история. У нас был курс французского языка. Сначала мне не нравился преподаватель, а потом  его поменяли на молоденькую и красивую. И мне сразу захотелось ходить на ее занятия, делать так, как она говорит. В итоге у меня были одни из самых лучших показателей по французскому в Академии.

«Я стойко обивал все пороги»

В: Ты - автор более десятка комиксов. Но самым сложным, наверняка, был первый…

О: Это, действительно так. Первый комикс с моими персонажами Бобби и Молли «Таинственный Кассель» стал моей дипломной работой в Академии Искусств. И так вышло, что я решил сделать книгу комиксов сразу на двух языках: польском и немецком. С самого начала мне в Академии сказали: «Нельзя!». Нельзя, потому что я учился на факультете визуальной коммуникации и мультипликации. А книга – ни то, ни другое. Но я так сильно хотел ее сделать, что начал и без одобрения преподавателей.

Артур Клозе

В: Какие еще были сложности в ходе подготовки книги?

О: Много было сложностей. Сначала в меня никто не верил. Я ходил по издательствам и рассказывал, что люди в моем родном городе Касселе не знают историю края и им надо о ней рассказать. Все отрицательно качали головой. Я стойко обивал все пороги. Разговор всегда был примерно таким:

 - Ты не говоришь по-немецки, а книгу хочешь на немецком писать о нашем городе Касселе?

- Да, – отвечал я.

- А историю города знаешь?

- Узнаю.

-  У нас полки книгами завалены, никто не покупает… почему тогда твою книгу будут покупать?

Я начинал рассказывать, что книга получится уникальная, яркая, красочная… Но меня уже никто не слушал. Это продолжалось до тех пор, пока один-единственный человек не поверил в меня и не сказал: «Давай попробуем!» Всего один человек в меня поверил! И этого хватило.

В: Кто же это был?

О: Директор музея в Касселе. Он мне тогда еще сказал: «У нас город маленький, и книжка эта будет только для одного города. Ты тираж большой не делай». Договорились сделать пять тысяч экземпляров. Я за это время и спонсоров нашел, которые заплатили не только за тираж. Я заработал деньги без продаж. А всего-то надо было, чтобы один человек поверил в мою затею.

В: Что же ты стал делать с пятью тысячами книг?

О: Сначала я встретил их на вокзале! Книги приехали на поезде в огромных коробках! Все пять тысяч! Дальше я стал ходить по книжным магазинам – предлагал свою книгу. Сначала по пять штук (меня же предупредили, что книги особо не покупают). Брали по пять, книги моментально расходились, потом стали просить по сто. Книги буквально разлетались по городу, их покупали  для себя   и в подарок, детям и взрослым. 

В: Так закончился тираж, и что потом было?

О: Было второе издание. Третье. При поддержке Министерства иностранных дел Германии в прошлом году вышло четвертое издание.

В: Все издания одинаковые?

О: Немножко отличаются, но не сильно: номера телефонов, например, обновляются. Меня много раз просили, чтобы я свою фотографию на обложке разместил, но я не хочу. Там же написано, что это книга Артура Клозе. А это я и есть.

В: В твоей книге много фактов, о которых не знали ученые. Как тебе удалось эти факты найти?

О: Нельзя сказать, что ученые об этом не знали, но вот жители города и туристы точно не догадывались. А разыскать факты на самом деле было просто. Я разговаривал с работниками музеев, экскурсоводами. Я же не общался с глупыми людьми.

В: «Таинственный Кассель» сразу на двух языках – на польском и немецком. А что если сделать такую книгу на русском и немецком или русском и польском?

О: «Таинственный Кассель» точно не выйдет на русском. Эта книжка интересна только тем, кто живет в Касселе или хочет  сделать подарок  в виде рассказа о своем городе – не более того. А что касается русско-польской книги, возможно, такой вариант скоро появится в Белгороде. Мы со студентами сделали новый комикс о Белгороде и его побратиме в Польше –  городе Ополе.

В: Где думаешь печатать книгу?

О: В Польше.

В: А если ситуация повторится, как с Германией было?

О: Я подозреваю, что мне вновь придется столкнуться с непониманием с польской стороны. Меня уже спрашивали: «А дети были в Польше, чтобы о ней писать? Ты же не знаешь русского, как ты будешь изъясняться?». Все это я уже слышал! Но я уверен, что все получится!

 

Артур Клозе

В: Как ты относишься к своей популярности?

О: М… Не так давно мне позвонила подруга, сказала, что в Берлине для учителей немецкого языка открыли специальный двухдневный курс: «История комиксов: от Вильгельма Буша к Артуру Клозе». В пятницу изучают Вильгельма Буша, а в субботу – «Артур Клозе и его работы». Можно было подумать, что это шутка, но оказалось - серьезно. Бооже… Я же еще жив! Кто Вильгельм Буш – великий человек, и кто такой я?! Книга Буша «Макс и Мориц» была в каждом немецком доме. Часто это была единственная книга в доме. Я на ней вырос, и теперь мое  творчество  изучают вместе с творчеством Буша. Даже не знаю, что на это сказать…

 


Ступеньки славы Артура Клозе

  • Родился в Силезии (Польша).
  • Выпускник факультета визуальной коммуникации и мультипликации Академии Художеств в Касселе (Германия).
  • Сегодня в Польше учатся по его книге «Таинственная страна Ополе» («Geheimnisvolles Oppelner Land»).
  • В Германии вышло 10 книг Артура Клозе про разные города: «Таинственный Вольфсбург», «Таинственный Нюрнберг» и т.д.
  • Первой анимационной работой стал короткометражный мультфильм «Червяк по имени Жак». Эта работа была показана более чем на 20-ти кинофестивалях в Европе, Африке, Азии и Австралии.